УЧЕНИЕ Л. Н. ТОЛСТОГО О СВОБОДЕ РЕЛИГИОЗНОГО ИСПОВЕДАНИЯ

Как отмечает современный учёный М. В. Матвеев, творчество Л. Н. Толстого представляет собой редкое и многостороннее явление не только лишь в русском, но и во всемирном культурно-историческом наследии.

Особенное внимание множества исследователей вызывает конечный этап творчества Л. Н. Толстого, связанный с его взглядами на революционные движения, происходящими как в России, так и заграницей. Особое становление это движение получило в его учении о непротивлении злу силой. Мысль ненасилия приобрела для Толстого не просто осознание христианства, но и открыла личную веру, которую он обрел в 50 лет (1).ак отмечает современный учёный М. В. Матвеев, творчество Л. Н. Толстого представляет собой редкое и многостороннее явление не только лишь в русском, но и во всемирном культурно-историческом наследии.

Сущность толстовской концепции заключалась в его неприятии насильственных способов разрушения муниципального строя, основанного на насилии и угнетение народа в угоду правящей верхушки, прикрывающейся христианскими мотивами.

По мнению Л. Н. Толстого, духовное влияние это такое воздействие на человека, вследствие которого меняются стремления человека и совпадают с тем, что от него настоятельно требуют. Человек, подчиняющийся воздействию духовному, функционирует в соответствии со своими желаниями. Власть же, как обыкновенно понимают это слово, есть средство принуждения человека поступать против своей воли. Человек, подчиняющийся власти, делает не так, как он желает, а так, как его вынуждает делать власть. Вынудить же человека поступать не так, как он того желает, а так, как он не хочет, можно только с помощью физического насилия или угрозы им, то есть лишение свободы, побои, увечья или же легко исполнимые угрозы совершения данных действий. Толстой считает, что в этом заключается и всегда заключалась власть (2).

В то время веротерпимость в качестве правового института включала в себя и составляющие нетерпимости, происхождение и жизнь которых было обосновано действием на светское полицейское и уголовное законодательство отдельных общепризнанных мерок канонического права церкви. Как правовое понятие, нетерпимость, или же вернее, дискриминация значила непризнание государством религиозных общин раскольников — старообрядцев и сектантов в качестве организаций, обладавших правом юридического лица. К атрибутам государственной нетерпимости, проявляемой по религиозным мотивам, стоит отнести еще меры уголовного преследования, используемые за совращение из православия в неправославные и нехристианские конфессии и общины, совращение в раскол и пропаганду раскола.

Существовавшая практика  вероисповедных отношений говорила о нешуточных лимитах и даже отсутствии свободы веры для конкретных масс населения в связи с действовавшими мерами государственного принуждения и дискриминации в религиозно-правовой сфере (3).

В своем обращении к имп. Николаю II и его помощникам Л. Н. Толстой указывает на причины, по которым происходят убийства и уличные побоища, следствием которых являются «казни, страх, неверные обвинения, угрозы и озлобление с одной стороны, и снова ненависть, вожделение отмщения и готовность жертвы с другой. Причины, по которым снова все люди разделились на два враждебные лагеря, готовятся сделать и делают самые большие преступления» (4).

Л. Н. Толстой глубоко убежден, что всё вышеперечисленное происходит по причине того, «что вследствие несчастного, случайного убийства императора (Александра II — доб. нами — Хижняк Ярослав), который дал свободу людям, совершенного малой группой людей, неверно воображавших, что они этим служат всему народу, правительство решило не только не идти вперед, отрешаясь все больше и больше от нехарактерных условий жизни деспотических форм правления, но напротив, вообразив для себя, что спасение, как раз в данных грубых отживших формах, в продолжение 20 лет не только не идет вперед, в соответствии общему развитию и усложнению жизни, и даже не стоит на месте, а идет назад, этим обратно все больше и больше разделяясь с народом и его притязаниями.

Так что повинны не злобные, неспокойные люди, по мысли Л. Н. Толстого, а правительство, не хотящее видеть ничего, кроме собственного покоя в настоящий момент» (5).

«Для того чтобы народ перестал беспокоиться и нападать, необходимо совсем малое.

А сделать необходимо, кроме всего прочего, только следующее и самое главное, необходимо истребить все стеснения религиозной свободы. Необходимо:

а) истребить все те законы, по которым всякое отступление от признанной правительством церкви наказывается как преступление;

б) допустить открытие и устройство старообрядческих часовен, церквей, молитвенных домов баптистов, молокан, штундистов и др.;

в) допустить религиозные собрания и религиозные проповеди всех исповеданий;

и г) не запрещать людям всевозможных вероисповеданий воспитывать собственных детей в той религии, которую они считают истинной.

Сделать это нужно из-за того, что, не говоря уже о той выработанной историей и наукой и признанной всем миром истине, что религиозные гонения не только не достигают своей цели, но производят обратное воздействие, усиливая то, что они желают истребить, не говоря и о том, что только вмешательство власти в дела веры производит вреднейший и потому худший, так сильно обличаемый Христом порок лицемерия, не говоря уже об этом, вмешательство власти в дела веры мешает достижению высочайшего блага, как отдельного человека, так и всех людей — единения их между собой. Союз же достигается никоим образом не насильственным и невозможным удержанием всех людей в раз усвоенном внешнем исповедании одного религиозного учения, которому приписывается непогрешимость, а только лишь свободным движением всего человечества в приближении к единой истине, которая одна и поэтому одна и имеет возможность объединить людей.

Таковы, — по мнению Л. Н. Толстого, — самые простые и легко выполнимые желания, огромного большинства населения. Использование данных мер без сомнения успокоит общество и освободит его от тех ужасных страданий и (то, что ужаснее страданий) злодеяний, которые неизбежно совершатся с обеих сторон, если власти будут заботиться лишь о подавлении беспорядков, оставляя нетронутыми их причины» (6).

Таким образом, религиозные и философские поиски привели Толстого к формированию личного, религиозно-философского воззрения, которое впоследствии получило название «толстовство». Учение, изложенные им в заметках «Критика догматического богословия», «В чем моя вера», «Не убий» и др., проповедовали в жизни и художественных произведениях надобность морального усовершенствования; непротивления злу силой в пользу закона любви, сообразно которому, жизнь человека священна и неприкосновенна, и практически никакая внешняя сила не обладает правом распоряжаться ею и самовольничать.

В рамках нового мировоззрения и представлений о христианстве Толстой выступал против христианской догматики и критиковал сближение церкви с государством, что собственно привело его к абсолютному разобщению с православной церковью. В 1901 г. последовала реакция Синода: общепризнанный писатель и проповедник был официально отлучен от церкви, что вызвало огромный публичный отклик (7).

Хижняк Ярослав

Примечания:

  • См.: Матвеев М. В. Принцип ненасилия Толстого в культурно-историческом наследии России [Электронный ресурс]. URL: http://www.rae.ru/snt/?section=content&op=show_article&article_id=5143 (дата обращения: 27. 10. 15.).
  • См.: Царство Божие внутри вас… // Полное собрание сочинений Толстого Л. Н. в 20 томах. М.: Изд. «Типо-литография Кушнерев и Ко», С. 801.
  • См.: Бендин А. Свобода совести или веротерпимость? К вопросу о полемике в российской печати в начале XX столетия [Электронный ресурс]. URL: http://zapadrus.su/rusmir/istf/719-xx-163.html (дата обращения 26.10.15.).
  • Цит. по.: Толстой Л. Н. Царю и его помощникам // Собрание сочинений в 22 ТТ. М.: «Художественная литература», 1984. Т. 17: Публицистические произведения. С.
  • Там же. С. 194–195.
  • Там же. С.
  • Определение святейшего синода от 20–22 февраля 1901 года, с посланием верным чадам православныя грекороссийския церкви о графе Льве Толстом // Церковные ведомости, издаваемые при святейшем правительствующем синоде. СПб., 1901. №8. С. 45–47.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

Пошук
Дмитрук Игорь о появлении и трансформации мистицизма

Рубрики
Ми у Facebook